Человек для особых поручений - Страница 39


К оглавлению

39

Открытая коляска профессора, хоть и позволяла обозревать окрестности без каких бы то ни было помех, но все же оказалась не лишена и определенных минусов, а именно, в ней было жутко холодно! Хотя вроде бы погода сухая и безветренная.

— Ну, Виталий Родионович, а что вы хотите, листопад на исходе, того и гляди морозы ударят. — Заметил Грац и тут же покаялся — Но я тоже хорош, надо было хоть плед приказать положить. Вот ведь, сам недосмотришь, а слуги и не почешутся.

Правивший лошадью извозчик, тут же съежился, что не ускользнуло от внимания профессора.

— Не трясись, Званко. То не твоя забота. — Успокоил он извозчика. Тот на мгновение обернулся и, кивнув, вдруг свистнул, да залихватски щелкнул кнутом, отчего лошадь всхрапнула, и резко прибавила ходу. Так, довольно быстро, коляска миновала Неревский конец, и выехала на Загородский. Здесь дома были попроще чем на Неревском, но и не бараки, отнюдь. Крепкие здания все из того же белого камня, с резными наличниками на окнах и затейливой резьбой на оконечниках крыш. Иногда мелькали безуспешно прячущиеся за облетевшими деревьями, венцы добротных срубов, вздымающихся над каменными стенами на уровне третьего, а кое-где и четвертого этажей, и вдоль каждой улицы, вымощенной мелкой брусчаткой, ровными рядами отсчитывали сажени витиеватые фонарные столбы.

Коляска остановилась у вычурных, явно декоративных, ворот, ведущих в небольшой парк, в глубине которого виднелось массивное здание с несколькими галереями на арочных белокаменных подпорах, с высоким крыльцом, широким гульбищем и многоярусной крышей, выложенной аккуратными деревянными плашками.

— Дом Смольяниных. — Прокомментировал профессор, и легонько ткнул извозчика в спину. — Званко, что встал? Не видишь, ворота открыли, езжай.

Дом мне понравился. Особенно то, что в нем можно было снять не только квартиру, но и нечто наподобие моего нынешнего обиталища — флигеля. С той лишь разницей, что у здешних пристроек, а их в доме Смольяниных насчитывается аж четыре штуки, есть собственные выходы в парк. Хозяин, точнее хозяйка дома, приняла нас радушно, было видно, что с профессором она знакома не первый год, и знакомство это достаточно близкое… Ну-ну. Впрочем, они довольно шустро закончили ворковать, и дальше беседа повернула в сугубо деловое русло. Под предводительством хозяйки — Заряны Святославны, мы осмотрели южный флигель, и он мне настолько глянулся, что я почти не торговался. В результате, сумма аренды составила всего восемь рублей в месяц, и Грац еще делал мне знаки, что я сильно переплатил. Не знаю, не знаю. По обещанию князя, жалованье мое, хоть и уменьшится втрое, но составит не меньше шестидесяти рублей в неделю, да Лейфу с Ладой я должен буду платить десять рублей в ту же неделю… По-моему, вполне нормальный расклад, даже с учетом того, что стол и кров для них, идут за мой счет. Кстати о птичках…

— Заряна Святославна, могу ли я воспользоваться вашим телефоном? — Оп-па… А что это хозяйка так странно на меня смотрит, а?

— Уж извините, господин Старицкий, но телефонного аппарата у нас пока нет, обещают поставить, да не ранее чем через полгода. Уж больно много желающих, а возможности станции, говорят, невелики… — Развела руками хозяйка. Непорядок. Я глянул на профессора, но тот только плечами пожал.

— А что, не подскажете ли, кто ведает этой самой телефонной станцией и распределением номеров? — Осведомляюсь я… Ну конечно, и почему я не удивлен? Как здесь могли обойтись без Особой канцелярии? Интересно… а здесь такой термин как «непотизм», в ходу? Деньги? Окститесь, какая взятка?! Князь настаивал на том, что бы я не терялся по окончании нашего сотрудничества… вот и попробуем уболтать его сиятельство на установку одного телефонного аппарата вне очереди. Так сказать, во избежание потери меня, любимого… Ну да, а как же? Где у нас Виталий Родионович? Дома? Послать к нему нарочного… Послали, и пилит бедняга через полгорода. Пока добрался, а меня к тому времени уж и след простыл. Куда делся? Да хоть и в загородное имение профессора Граца поехал, на шашлыки, ага. А там тоже телефона нет… Ха! Да князь еще и уговаривать меня будет, что бы в дом Смольяниных телефонную линию провести. А что я? Я не гордый, соглашусь… Зачем осложнять жизнь Особой канцелярии? У них и так хлеб не сладок. М-да, ну это все лирика, а сейчас придется чапать в канцелярию самому. Пора начинать готовиться к переезду.

Я оставил хозяйке аванс, классические три месяца вперед, и, тепло попрощавшись, вышел на улицу. Профессор остался с Заряной Святославной, разрешив воспользоваться своей коляской. По-моему, мое обещание направить Званко обратно, после того как доберусь до канцелярии, Грац даже не услышал… Ну и фиг с ним, пускай воркует, а у меня сегодня еще дел по горло.

Копыта выбили искры из мостовой, коляска плавно качнулась и, под заливистый свист Званко, мы понеслись по улицам Хольмгарда. Вот кажется и заканчивается мое «сидение под замком»… если, конечно, сиятельство не выкинет какой-нибудь фокус, напоследок. Параноик? Так я этого никогда и не отрицал.

Глава 3
Философия как прикладная наука… или искусство?

К вечеру я вымотался так, что меня впору было пересыпать нафталином, аккуратно сложить в шкафу, и забыть на годик-другой. Причем не могу сказать, что совершил какой-то трудовой подвиг. Вовсе нет. Просто количество мелких, но срочных дел, образовавшихся в связи с предстоящим переездом, перевалило за все разумные пределы, а ведь их еще и нужно было вписать в существующий график… В общем, суета сует. А тут еще князь пригласил на чашку кофия, во время распития которого сиятельство добрых полчаса сокрушался о необязательности современной молодежи, красноречиво поглядывая в мою сторону. Хорошо еще, что мне удалось закруглить нашу беседу и смыться из кабинета Телепнева, сославшись на то, что меня ждет тренировка у Тихомира.

39